Путешествие в поисках чудес

Поезд этот решительно не подходил для того, чтобы в нем переночевать, он тащился бы всю ночь, а после того весь день, останавливаясь у каждого столба и подбирая любые грузы, за перевозку которых было уплачено. Британец просто купил им билеты на утренний поезд, в расписании которого было намного меньше остановок, а чтобы перевести порывы спутника к немедленному действию в более удобное русло, предложил полюбоваться ночными видами Будапешта, и если есть желание — сходить в баню . «Завтра будете мне благодарны!» — флегматично предупредил он.

Багатель неохотно смирился, и пока они ехали вдоль берега мимо громады Будайской крепости, где лик луны заслонялся позеленевшим куполом королевского дворца, рассказал историю о том, как венгры, стоя на льду Дуная, потребовали себе королем четырнадцатилетнего Матьяша Корвина2 из рода Хуньяди.

Купальни Рудаш были открыты всю ночь. Багатель, выйдя из рук банщика, отправился отмокать в термальном бассейне, а спутник его пошел в парилку, после чего заставил массажиста размять себя на мраморном столе, и лишь потом вышел в зал купелей и обрел покой в прохладной воде.

Пришлось признать, что идея была хороша, и что Меркатор вполне оправдывает свою репутацию бывалого путешественника. По мнению Багателя, обернутый в полотенце Меркатор осанкой, походкой и профилем выглядел как идеальный римлянин, хоть сейчас в сенат.

Затем, уже очень сильно заполночь, они вернулись в свою привокзальную гостиницу, перекусив на ночь купленными на перроне пирожками. Пирожки эти вызвали у Меркатора сильное опасение, однако все обошлось, и утром они уже тряслись в полуэкспрессе, деля купе с местными попутчиками, которые все ехали недалеко и сменялись от станции к полустанку.

* * *

Багатель страдал без жалоб, а когда уже стало невмоготу, открыл рот и сделался немыслимо интересным собеседником. На попутчиков хлынул поток сведений о Сармизегетузе, столице Децэбала, последнего царя, о его голове и руке, доставленных императору Рима, о римском форпосте Напока, построенном на этом месте после падения Дакии, о гуннах, прокатившихся по этой земле, и о том, что при венграх Клаузенберг звался Коложвар.

Когда поезд подошел к вокзалу, Багатель добрался до монголов. Из вагона он вылетел как херувим на крыльях, если ваше эстетическое чувство не страдает от вида херувима в клетчатом пальто. Он призывал Меркатора взять собаку и отправиться в исторический центр города, где они непременно найдут римский шлем или дакийскую палицу.