Рыцарь и чума

Ральф бросился к его келье и услышал за дверью надрывный кашель. Двое монахов у входа сосредоточенно размешивали цемент в деревянном тазу, а служка складывал у входа камни. Ральф закричал:

— Что вы делаете?!

Удивленно взглянув на него, монах ответил:

— Бедный фра Винченце заболел. Его нужно замуровать.

Замуровать?! Оставить без воды, ухода и пищи на мучительную смерть?! Тут Ральфа охватил гнев такой силы, что перед глазами все покраснело. Он растолкал монахов, бросился в келью и припал к руке фра Винченце, весь дрожа.

— Зачем ты так, сын мой? — пытаясь сдержать кашель спросил он. — Эти бедные люди не виноваты. Страх руководит ими. Прости их от всей души.

— Но я не могу простить! Я хочу убить их! Они жестоки и глупы! — зарыдал Ральф, прижимая руку святого отца к груди. — Не оставляйте меня, прошу вас! Что мне без вас делать?!

— Беги отсюда, как можно скорее, — посоветовал ему священник. — Сейчас они приведут еще народ, как бы тебя не замуровали вместе со мной...

— Беги, же, — добавил он, видя колебания Ральфа.

Обливаясь слезами, Ральф поцеловал священника в морщинистую щеку, прислушался к учащенному дыханию. Из-за угла уже доносились крики. Ральф еще раз посмотрел на священника, достал из-за пазухи нож и всадил с размаху ему в грудь. Всхлипнул отчаянно и горько.

— Вот он! Держите! Жгите их обоих! — в келью влетел горящий факел, следом кто-то плеснул возгорающуюся смесь.

Ральф вскочил и захлопнул дверь перед носом у монахов. Подтащил тяжелый стол. Пол и кровать уже горели и едкий дым наполнял комнату. Ральф вытащил крест и деньги, бросил на священника прощальный взгляд и выпрыгнул из окна.

Через месяц по-прежнему здоровый Ральф, достиг Нима, охваченного чумой, потом отправился в Альби, где люди умирали прямо на улицах. В пути между городами, он встречал порой целые вымершие деревни, а в городах теперь царил ужас и только похоронные команды ещё сохраняли какое-то подобие порядка.

Улицы городов пропахли дымом — в надежде спастись тут жгли всё подряд. А по ночам на улицы выходили мародеры. На пути ему постоянно встречались толпы беженцев, что бежали, в надежде спастись. Куда? Они не знали. Ходили слухи, что в Париже нет чумы и некоторые пробирались в Париж. Ходили слухи, что в Марселе нет чумы, и некоторые пробирались в Марсель, порой сталкиваясь в пути.