Тайны минских перекрестков

– И Кузовкова не знаешь?

– Я н-не виноват! Слабое сердце у Кузовкова…

Колесник отпустил Сухого и уже спокойно продолжал:

– Хрен с ним, с Кузовковым, но почему Вы, Карп Игнатьевич, не рассказали о новом человеке, появившемся на фабрике? Вы что, забыли наш уговор сообщать о всех вновь принятых на фабрику?

– Кого Вы, Сергей Николаевич, имеете в виду?

– Грузчика Шевцова.

– Чем может нам помешать грузчик?

– Уже помешал. Это он навел ментов на Кузовкова, и, если бы шофер остался жив, хана Вам была бы, уважаемый профессор.

– Но на его месте уже другой. Фамилии пока не знаю. Так вы Кузовкова?..

– Пришлось, Карп Игнатьевич, исправлять Ваши ошибки, потому как рановато Вам на тюремную баланду, дел и на воле по горло.

– Слышал, что Шевцов пропал. Но он запойный, через неделю появится.

– Больше не появится.

– Вы и его? – вжался в спинку сиденья Сухой.

– Для Вас, Карп Игнатьевич, это наука. Поймите, наконец, какая ответственность на Вас. Это не мы их, это Вы…

Профессор дрожащими руками вытащил из кармана таблетку, положил в рот, закрыл глаза.

– Держите себя в руках, Карп Игнатьевич, – спокойно сказал Колесник, – и имейте в виду: скорую помощь, как Кузовкову, вызывать не будем – лишние хлопоты.

– Вы и меня можете?..

– И я Вас могу, и Вы меня можете. Жизнь мы с Вами выбрали такую.

– Волчья это жизнь, – зло бросил Сухой.

– Не волчья, а по понятиям.

– Выпустите меня, – взмолился профессор. – Мне трудно дышать, не хочу слышать ни о каких понятиях!

– Вот и поговорили, – тяжело вздохнул Колесник.

 – Теперь Вы всё знаете. Напоследок хочу еще раз напомнить о новых людях на фабрике.

– На место Шевцова пришел новенький. Мне он не понравился, шустрый такой, грузчик, а нос везде сует. Даже в лабораторию пытался что-то принести без всякой на то надобности.

– Вот Вы его, Карп Игнатьевич, и нейтрализуйте.

– Я не могу этого сделать! – возмущенно крикнул Сухой. – Я не убийца!

– Убивать не обязательно, я попросил нейтрализовать на время.

У вас в руках столько медицинских препаратов, сами найдите способ. Пора научиться жить без нянек… Или прикажете вновь нам это сделать?

– Нет-нет, я сам, я нейтрализую. Вдруг он ни в чем не виноват!

– Вот и славненько, вот и поговорили. И все же, Карп Игнатьевич, зачем Вам столько денег? Кажется мне, что не только в женитьбе дело. Что, снова проигрались?

– Женюсь – это правда, как правда и то, что снова не повезло в картах. Проигрался, каюсь.