Дом с Мавританской башней

- Мэри переполошила уже всех! Вот, скажите на милость, что вы делаете в библиотеке в восемь утра в одной сорочке?

Вирджиния попыталась прикрыться, обхватить себя за плечи, согреться. И хоть как-то вытравить затаившийся в душе ужас. На глаза навернулись слезы.

- Ну, мисс Эттл! – беспомощно пробормотал Лэнгли. – Вирджиния, прекратите. Спокойно, моя милая. Думаю, вам лучше лечь в постель. Я отведу вас.

- Не хочу! – всхлипнула Вирджиния. – Я уже ничего не хочу!

Лэнгли раздраженно фыркнул и поднял ее на ноги.

- Живо под одеяло! Мисс Эттл, вы подхватите простуду, и что мы все будем делать? Пойдемте, я отведу вас в постель. Или, может, предпочитаете полежать в комнате горничных.

Вирджиния отчаянно замотала головой.

- Хорошо, я велю Мэри принести вам одежду, и вы сможете отдохнуть в гостиной. И без возражений, мисс Эттл!

В этот момент распахнулась дверь, и в библиотеку, тяжело дыша, вбежала Мэри. Она без малейшего напоминания принесла теплую одежду и мягкие шерстяные чулки, и довольно бесцеремонно выставила хозяина из комнаты.

- Ох, мисс Вирджиния, я так перепугалась, проснулась, а вас рядом нет! Мы весь дом обыскали, вас нет нигде. В последний момент догадались в библиотеку заглянуть. Переодевайтесь-переодевайтесь!

Вирджиния, вяло, ежась от холода, натянула на себя одежду и кое-как завязала шнурки. Она позволила отвести себя в гостиную на втором этаже, уложить на широкий мягкий диван и укутать шерстяным пледом, оставаясь при этом ко всему безучастной.

Через несколько минут появился мистер Лэнгли с чашкой горячего сладкого чая, который Вирджиния вынуждена была выпить. Сам Лэнгли опустился в кресло, переплел пальцы и сделал вид, что погружен в размышления. Он явно ожидал объяснений, но Вирджинии не хотелось говорить. Она пила медленно чай, глядя прямо перед собой, сосредоточившись на нижнем углу окна, там, где стекло было мутным, а улица за ним размытой. Из-за этого казалось, что там, на Дороге, кто-то стоит. Во всем был виноват сон, без сомнений. В комнате царила холодная, липкая тишина.

Вирджиния заговорила только ради того, чтобы нарушить наконец это гадкое ледяное молчание.

- Сэр… Скажите, что было вырезано на той плите под витражом?

Лэнгли откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу.

- У вас конкретный интерес, мисс Эттл?

- Сэр! – возмутилась Вирджиния.

- Обожаю это ваше «сэр», - хмыкнул Лэнгли. – Весь диапазон чувств от смирения до праведного гнева.