Право на жизнь

Встретившая его на крыльце драконица была невысокой, худенькой девчонкой, совсем не походившей на тертую жизнью воительницу, каковой ее представляла легенда.

Почему-то при взгляде на нее вспомнилась Динька... и Мария, сохранившая верность мужу даже после его смерти. Интересно, что Селена сказала бы о преданности покойнику? Наверняка, просто высмеяла бы «бесполезную сентиментальность», мешающую симпатичной женщине снова выйти замуж и устроить свой быт.

Но, Хаос забери этот мир, люди и потомки Древних не бесчувственные големы, чтобы всегда поступать рационально!

На сцене миниатюрная драконица победила рослого широкоплечего степняка, приведя конунгов под знамена принца.

Любила ли Илона Турана уже тогда или рисковала, связанная древней клятвой о помощи? А полюбила позже, незаметно и постепенно, во время бесчисленных странствий?

Быстро сменялись декорации — леса, равнины, скалистые гряды, наполненные суетой города и глухие деревеньки. Туран призывал верных его отцу людей под свои знамена. Армия за спиной принца набухала полноводной рекой, вбирая в себя все новые отряды-капли.

Узурпатор на троне тоже не дремал, посылая за головой врага наемных убийц.

Похищение Илоны, спасение, разделенная на двоих ночь.

Нам не позволено и этого.

Антракт.

— Прогуляемся, Солнце? Хочу показать тебе одно место здесь.

Я вздрогнула, очнулась. Голос Исхарда вывел меня из транса, наполовину сотканного из размышлений о собственной судьбе, наполовину — из разыгрываемой на сцене легенды.

В зале разгорался свет, зрители покидали места, чтобы размяться и обсудить первый акт спектакля.

Лезть в суету и толчею, которыми сейчас наполнится фоей, лавировать среди других драконов и вежливо уходить от новых знакомств не хотелось, но еще меньше — поддерживать светскую беседу с леди Иньлэрт или выслушивать едкие провокации Селены.

К моему удивлению, Исхард повел меня не вниз, а вверх — по узкой винтовой лестнице, незамеченной ранее. В шестиугольной комнате с большими витражными окнами и раскидистыми фикусами оказалось прохладно и малолюдно: лишь пара драконов расположилась на низком обтянутом кожей диванчике и страстно целовалась, не замечая ничего вокруг.

Приглушенные магические светильники отражались в разноцветных стеклах, наполняя их внутренним огнем. В ажурной клетке, свисавшей на цепи, щебетали канарейки. Я припомнила внешний вид театра и поняла, что мы поднялись в башенку над куполом.

Мы устроились на свободной софе. Исхард положил ладонь мне на плечо, разворачивая, наклонился.