Ворлок из Гардарики

Она мчалась, раскачиваясь, по краю неба, а возница, здоровенный широкоплечий мужик, размахивал над головой молотом. Очнувшись, новгородец недоумевал — зачем богу викингов помогать ему? Ведь это же был Тор — гроза великанов и чудовищ, обладатель волшебного молота Мйольнира. Разве можно перепутать его с кем-то другим?

Как ни старался Вратко отогнать сон, но и в третий раз веки его сомкнулись. Слишком велика оказалась усталость, даже страх перед чудовищным змеем не смог ее пересилить. И снова холодная, прозрачная, как слеза, вода потоками ниспадала с головы гада.

Снова взгляд и раздвоенный язык искали юношу, а он и рад был бы спрятаться, да посреди моря негде. Проснуться не удалось. Колесница с Тором задерживалась. И когда сердце Вратко уже почти остановилось от ужаса, вновь на дальнем окоеме замерцали зарницы. Пророкотали громовые раскаты. Только вместо запряженной козлами повозки показался одинокий всадник. Чернобородый воин скакал, воздев над головой секиру, вдоль лезвия которой пробегали голубоватые сполохи молний. Перун? Похоже, да... Бог славянских воинов, повелитель грозы и сын Неба, замахнулся секирой на Йормундганда, и змей отпрянул, прищурил глаза, нырнул в пучину. Перун, не сдержал бег могучего вороного коня, умчался в даль, не удостоив спасенного новгородца даже взгляда.

Вратко не обиделся на Бога Грозы. Счастье, что покровитель оружных людей снизошел до спасения купца. Даже не купца, а купеческого сына, который сам торговым гостем запросто может и не стать. Да, скорее всего, уже и не станет.

Пойдет на корм рыбам и ракам морским...

С такими грустными мыслями отчаявшийся парень встретил рассвет.

Солнечные лучи пробивались сквозь ползущую по-над водой дымку. Море почти успокоилось, едва-едва покачивая бочонок и одинокого пловца.

Вверху заметались тени чаек.

Как они могут находить пищу, когда море скрыто туманом?

Вратко задумался, хоть и не хотелось...

Надо бы куда-то плыть. Но куда? В какой стороне берег? Да еще, желательно, берег лютичей, а не данов.

Новгородец попробовал пошевелить ногами и понял, что никуда плыть уже не будет.

Просто не сможет. Нет сил. По телу разливалось тупое оцепенение.

Остается ждать смерти. Какова она будет? Христианский ангел опустится на воду, принимая душу утопленника, или распоясанная девка в рубахе беленого полотна и поневе, вышитой черными и красными крестами придет, чтобы взять за руку и повести за собой?

Может, она уже идет?

Что это за шорох разносится над водой?

Или это взмах крыльев ангела?

Да нет..