Хроники Раскола

Никуда не денешься от разницы во времени: в Иньтэоне сейчас за полдень, в покинутом Сагребе около девяти утра.

Меня встречали: симпатичная невысокая драконица с васильковыми глазами, синеющими из-под пшеничной челки, осведомилась, не нуждаюсь ли я в чем, и, получив отрицательный ответ, проводила в одну из многочисленных гостиных, где уже ждал Повелитель Запада. Кагерос в расшнурованной на груди бордовой рубахе вольготно развалился в кресле с книгой, закинув ноги в бархатных сапогах на низкий столик. Ленивого салонного кота, похоже, не волновали стычки, что шли по всему Пределу из-за его прихоти.

Не отрываясь от чтения, Альтэсса рассеянно махнул рукой на пустое кресло подле себя.

— Присаживайся. Как все прошло, Риккард?

— Сведения о лагере охотников подтвердились, — я проигнорировал приглашение, не собираясь задерживаться.

— Отлично. Возможно, в этот раз нам удастся выяснить, где Братство спрятало принадлежащую им часть Ключа, — Повелитель Запада загнул уголок страницы, поднял взгляд. — Что скажешь, если я присоединюсь к завтрашней охоте? Засиделся во дворце, организационные вопросы уже в печенках, хочется размяться.

— Как вам угодно.

Дверь отворилась. Служанка с васильковыми глазами доложила.

— Альтэсса, «гость» прибыл.

— Ни минуты покоя, — театрально пожаловался Кагерос. Неохотно приказал. — Пусть заходит. Я приму его немедленно.

Девушка с поклоном удалилась. Я собирался уйти вместе с драконицей: кроме помощи Западу мне следовало когда-то решать и внутренние дела собственного клана.

Время в сутках хоть и прыгало туда-сюда в зависимости от того, в какую часть света меня забрасывал портал, но не прибавлялось ни на секунду.

— Не спеши. Я думаю, тебе будет познавательно услышать беседу.

Ждать пришлось недолго. Двое алых из драконьей стражи ввели полноватого человека с прилизанными волосами. Одежда выдавала знатное происхождение: нижнее платье темно-синего льна, поверх парчовое сюрко — желто-коричневое с орнаментом золотой нити. Пухлые пальцы гроздьями облепили драгоценные перстни, один из которых, с печаткой, очевидно, являлся фамильным.

Шею, скрытую за складками подбородка, обвивала толстая цепь.

Я гадливо поморщился: свинья в шелках, да и только.

Стражи сняли повязку с глаз посетителя, отступили к двери.

Гость высокомерно вздернул рыло, визгливо заголосил.

— Что вы себе позволяете?! Вы хоть знаете, кто я!..

— Карлос Альберто Шевейский, — спокойный насмешливый тон Кагероса вынудил бабоподобного мужика заткнуться.