Дикарка у варваров. Песнь Сумерек

— А Тургэну придётся взять, что дадут? — злорадно ухмыльнулась я.

— Принцам крови жену обычно выбирают родители, — кивнул Шона. — Но до сих пор Тургэну ни в чём не было отказа — может, не будет и в выборе жены.

— Эту несчастную мне заранее жаль, — хмыкнула я.

— Он ведь не будет обращаться с ней, как с тобой. И к тебе он так относится только потому, что завидует. Поведи ты себя иначе, вы даже могли бы подружиться.

— Ты его защищаешь? — удивилась я. — Несмотря на то, как он обращается с тобой, своим братом? Пусть и только по отцу.

Смуглое лицо Шоны мгновенно помрачнело, он отвёл глаза.

— Это — не его вина.

— А чья? Кто-то заставляет его вести себя по-свински?

— Ты ничего не знаешь о наших обычаях, Марко, — в голосе моего нового приятеля проскользнули металлические нотки. — Ни он, ни отец не могли повести себя иначе...

В отличие от прочих отпрысков кагана, история Шоны меня заинтересовала — в ней была какая-то тайна. Я попыталась поймать его взгляд и осторожно спросила:

— Это из-за твоей матери? Она.

..

— Её больше нет, — резко оборвал меня Шона. — Смотри, мы как раз вовремя!

Мы уже подошли к площади. Она была была переполнена — на самом деле ещё не видела столько воинов в одном месте. Возле стен толпились зеваки, вроде нас с Шоной, вдоль ровных рядов вооружённых всадников носился на вороном коне Бяслаг-нойон. При виде него у меня сжалось сердце. Перед глазами замелькали картинки, забыть которые я и не пыталась: пронзённый копьём мастер Шуи, Сонг, хватающаяся рукой за торчащую из плеча стрелу, прощальная улыбка Сяо Ци.

.. мёртвое лицо Вэя...

— Сейчас появится каган, — шепнул мне на ухо Шона.

— Чтобы благословить их в путь? — усмехнулась я.

— Да, и выпустить Сокола Войны.

Я недоумённо покосилась на него, но тут раздались приветственные крики, и двери каганского дворца распахнулись. На пороге стоял одетый в позолоченную кольчугу хан ханов, за ним — отряд стражников. Тут же подвели коня, тоже в позолоченной сбруе, и поднесли сокола в кожаном колпачке.

Каган взгромоздился на первого, протянул руку, чтобы на неё посадили второго, и, тронув поводья, неторопливо потрусил вперёд — к Бяслаг-нойону, замершему в седле в почтительной позе: голова склонена, правая рука согнута в локте и прижата к груди. Это и есть "правильный" способ кланяться, которому меня должны обучить? Что-то негромко сказав склонившемуся перед ним упырю, каган, обратился ко всем.