Ласточкин хвост

— Ну а семья? Вы родом из Вёрминсдорфа, верно? — На взгляд из-под раздражавшей чёлки Никлас ответил прямым и тяжёлым.

— Только отец, но вам это известно.

— Как часто Катарине с ним виделась? Она могла, скажем... отправиться домой, чтобы навестить его?

Это вряд ли. Не настолько Рине любила старика, чтобы поступиться ради него карьерой. Какие бы неприятности на неё ни свалились, ничего кроме забвения в родной деревушке не ждало.

— Письма, телеграммы... Боюсь, офицер, этим всё ограничивалось. Рине не была близка с отцом.

Даже не вспомню, когда они виделись в последний раз.

Никлас Старший был не лучшим отцом, и если сын с годами научился закрывать на это глаза, то малышка Рине не сумела простить. Ей с детства не хватало материнской опеки и того искреннего чувства, что принято называть любовью в нормальных семьях. Йонссенов оно обошло стороной.

Должно быть, их семейка выглядела не лучшим образом, но Никласу было плевать на чужое мнение. Тем более теперь, когда собственные вопросы жалили виски и отдавались болью в затылке — им необходимо было прозвучать вслух, чтобы не разорвать череп на осколки.

Слишком неожиданной стала повестка в полицию. Весть о пропаже Рине напомнила пропущенный удар под дых, от которого Никлас не успел заслониться. И потому, поставив подпись на бланке протокола, он не спешил покидать кабинет.

— Вам известно хоть что-нибудь? Зацепки, версии... — Подавшись вперёд, он облокотился о край стола. Похожий взгляд появлялся, когда Никласу было нечего терять: либо ответы, либо выход из участка в сопровождении — вот и все варианты.

— Не верю, что после трёх похожих случаев у вас ничего нет.

— Мы делаем свою работу, менэйр Йонссен. ОМБ — свою. Думаю, их следователи свяжутся с вами в ближайшее время, но обещать не могу. — Решив проявить настойчивость, белобрысый замер у распахнутой двери.

ОМБ, значит. Очередной удар пришёлся в ухо, оглушив на минуту. Взгляд упёрся в пожелтевшую стену, и Никлас с шумом втянул воздух. Чем дальше, тем больше сюрпризов.

Что натворила непутёвая сестрица, не имевшая ничего общего с магией? В какую заварушку влезла на сей раз? Пузыри лопались в голове, причиняя боль отсутствием ответов.

— Всего доброго, менэйр Йонссен. — Голос вернул Никласа к реальности с её запахом сырости и минутной стрелкой на циферблате.

— Всего доброго, лейтенант де Лим. — Покидая комнату, он вспомнил имя белобрысого с покрытой лаком дощечки. Лучше бы не вспоминал — ни к чему это.