РЖАВЫЕ ЗАКЛИНАНИЯ

Раскрытые склады, полные упакованных стекол, и запыленные верстаки красноречиво свидетельствовали о том, что на подземных этажах опасались появляться даже мародеры и разбойники‑волки. А ведь когда‑то стекло из Черного Города славилось во всем Архипелаге, поскольку имело немало свойств, которых не могли получить мастера‑стекольщики ни в Халифате Хрульском, ни в гордых северных княжествах, ни даже у ифритов и джиннов далекого Юга.

Наконец Вран достиг самого нижнего этажа.

Мысленно он прикинул, какая толща земли и камня нависает сейчас над ним, и криво усмехнулся.

Глубина всегда хранит секреты лучше высоты, что бы там ни говорили волшебные книги, которые изредка и по чистой случайности попадали в руки беглого чародея прежде. Былые мудрецы в своей наивности утверждали, что лучше всего сокрыто именно то, что на виду. Но Вран считал это лишь уловкой для начинающих, поскольку за долгие годы утайки собственного лица он приучился весьма успешно отгадывать чужие тайны.

Любой секрет можно открыть, считал Вран. Но чем глубже и основательнее спрячешь, тем больше времени уйдет на поиски и открытия, срывание магических покровов и тайных заклятий.

Он остановился посередь широкого бетонного прямоугольника. Некогда это был прочный пол Последней Мастерской, но теперь он изрядно покорежился и растрескался. Здесь беглый чародей вновь огляделся.

Кое‑где из бетона пробивались чахлые бурые кустики. Это сказывалась близость земли.

А траву чародей видел потому, что от одной из стен в мастерскую проникало смутное свечение.

Тонкие иглы белесого света пронзали воздух возле стены. Так что в перекрестьях их лучиков даже кружились серые пепельные пылинки. Но дальше тьма была гуще, тяжелее, и сумрак отступал перед чернотой, исходившей от противоположной стены, терявшейся за спиной Врана. Все четыре стены были глухими, без дверей и окон.

Чародей задрал голову, пристально глядя на потолок. Тот казался достаточно крепок и должен был выдержать предстоящее испытание.

Вран вынул из мешка волшебную книгу и некоторое время держал руки на обложке. Так он впитывал в себя энергию, исходящую от книги, поскольку задача была пустяковой, и просто не хотелось тратить лишних сил.

Затем чародей бережно погладил книгу и осторожно убрал ее обратно, стараясь не расплескать той силы, что он только что почерпнул из этих страниц, даже не раскрывая их.