Посредники

Марев заметил в её ушах обетные серьги - скромные, но изящные, из серебра с тонкой гравировкой, - которых, кажется, не было во время визита к княжичу Ярскому. Наверное, Ласкова носила их на работу, чтобы избежать нежеланного мужского внимания.

- Просто так звучит. На самом деле работа фельдшером даёт мне бесценный опыт для того, надеюсь скорого, времени, когда я смогу поступить в университет. Многие вещи понятнее, когда ты уже знакома с ними, пусть и с другой стороны.

- Вы хотите выучиться на врача! - догадался Марев.

Ласкова снова чуть улыбнулась:

- Конечно. Я всегда хотела спасать людей, а не только облегчать их боль. Вы будете сахар или сироп? Он яблочный.

- Сироп, - решил Марев.

Ласкова приподнялась и взяла бутылочку с сиропом, чтобы налить ему. В этот момент что-то маленькое и тёмное метнулось к ней из угла, Ласкова вскрикнула и выронила бутылочку.

Марев подскочил к ней - и тут же отступил. То тёмное, что врезалось в Ласкову, а теперь завернуло ей локоть за спину было… рукой. Не прикреплённой ни к чему рукой в чёрной перчатке - рукой Дикорды.

Марев отошёл от Ласковы и наклонился подобрать упавший вместе с сиропом флакон. В отличие от бутылочки, он был откупорен, и содержимое разлилось некрасивой красновато-коричневой лужей.

Флакон был узким, небольшим, из толстого стекла. Вдоль всего бока шла выпуклая надпись: “Лауданум”.

- Я сдаюсь, отзовите своего духа, - внезапно сказала Ласкова, слегка запыхавшаяся от непрерывной борьбы с некропротезом.

Дверь комнаты отдыха открылась, внутрь зашла Дикорда, тут же свистнувшая, будто подзывая собаку.

- О, у вас тут чаёк! - весело сказала Дикорда, подходя и поднимая бутылочку с сиропом. - М-м, яблочный! Обожаю его.

Она по-хозяйски уселась на диван, на бывшее место Марева, взяла его чашку и добавила в чай неприличное количество сиропа. Марев молча показал ей флакон из-под Лауданума.

- А вот и следы опия на чашках, - сказал он с каким-то незнакомым хладнокровным удовлетворением и сам содрогнулся от чужеродности своего тона.

Ласкова смотрела на них, потом острым взглядом оценила расстояние до тёмного пустого окна и двери. Холодные глаза резко контрастировал с раскрасневшимися щеками. Наконец она села на прежнее место, напротив Дикорды и взяла свою чашку.

- Мне нужно было знать, что не стоит пробовать этого с колдуном, но я не могла не попытаться, - сказала она спокойно.