Сказки Бернамского леса

Не имея под рукой иного инструмента, он принялся насвистывать в ключ мотив одного из наипохабнейших Альбинских маршей.

Мидир едва не упустил притянутые тропы. Перед глазами вспыхнул походный костер. Золотистый цвет пламени выхватил лицо молодого короля в древних одеждах. Юноша с едва проклюнутой бородой хохотал над солдатскими куплетами и пил с туатами из одного кубка. Его друг, его враг, и причина, по которой Мидир всякий раз обходил Яблоневый остров стороной.

— На остров Вечной молодости, — бросил сид.

Бард споткнулся и перестал играть.

— В чертоги Дану? — он предвкушающе улыбнулся. Дождался утвердительного кивка и только потом не скрывая хитрого блеска в глазах, спросил: — А правда, что там в подземелье стеклянного замка, при тусклом свете Огненного копья, спит волшебным сном, легендарный король Николас, объединитель?

— Правда, — глухо отозвался сид, и замолчал до самого Яблоневого острова.

***

Меня зовут...

У меня множество имен... Бадб - боевая ворона. Морриган - королева кошмара. Немайн - неистовая битва.

Были и другие, но последнее Этэйн - огненная спутница, нравится мне более других. Только земные имена - лишь шум дождя на листве. Мое древнее имя, подаренное самой Дану - Маха. Ярая кобыла. Дарующая жизнь. Мать королей Ирина. Я родилась здесь, на этом острове в те времена, когда туаты не скрывали истинные имена от людей и друг друга.

Замок Эмайн Маха был назван в мою честь. Хотя какой там замок. Когда первый король Ирина увидел свет, над ним простиралась лишь сизая соломенная крыша.

Это уже после, когда наш с Айлилем сын объединил семь враждующих королевств в одно и возвел частокол в два человеческих роста, щербатая хижина разрослась и стала гордо именоваться замком.

Беспечная молодость пьянила разум. Люди строили дома рядом с холмами туатов. Мы пили из одних кубков и танцевали под звуки флейт... Казалось время и невзгоды огибают нас, словно вода камень...

А потом пришел Нуаду - рогатый король Севера. Прекрасный, как сияние в полярном небе. Он показал мне алую нить, что сплела наши сердца.

Он объяснил мне, что дочь богини Дану не способна любить человека. Просил отправиться с ним, обещал бросить к ногам весь мир и свое сердце. Его слова упали в благодатную почву и проросли с легкостью весенней травы. Бедный Айлиль, он оказался виновен лишь в том, что не желал терять ту, которая не принадлежала ему. Люди слишком мало живут. К ним успеваешь привязаться, но не полюбить...

Я оставила короля подарив ему бессмертие на землях Ирина.