Вопреки богам

Алая кровь хлынула рекой, но кривозубый обладатель кнута, казалось, совершенно позабыл о битве. Подлетевший к нему сзади степняк что-то снова заорал и кочевники, развернувшись, бросились наутек.

Асмаррах поднялся сам и поманил коня, успевшего отойти. Как так?! Гнев отступил, оставив опустошение. А сзади уже слышались крики товарищей.

– Командир! Ты цел? – к нему подлетели Кайлас и Асан. – Смотри, удирают! Вовремя мы!

– Нашли, чему радоваться! Проводим их, у кого еще осталось чем! – рявкнул полководец, подзывая свистом скакуна.

– Там есть кому. Подмога вовремя подошла, – отмахнулся было охотник, указывая на небольшой отряд, обгоняющий их. Но взглянув в лицо царевичу, стушевался. Командир был явно расстроен.

– У меня сегодня две лошадки, – добавил он полушутливо, забираясь в седло.

Но Асмаррах только отмахнулся, поднимая с земли свой клинок и осматривая лезвие.

– Не спеши, командир! Ты же знаешь, проще ветер догнать, – попробовал утешить начальника Асан, который сам был родом из северных степей.

– Да знаю! Посмотрим еще! Просто я таких кнутов, как у того степняка никогда не видал. Щит в щепки! Да одного из наших зацепило – как пополам не рассекло! – рассеянно проговорил царевич, озираясь вокруг, но тела соратника не нашел. На душе было тяжело. Кровь, бурлившая в жилах во время схватки, успокоилась, и теперь мозг лихорадочно анализировал произошедшее, выискивая ошибки.

– Только не говори, что хочешь снова на него посмотреть.

– Хорошо. Асан, спасибо, что успел вовремя. Но все же проводим гостей немного, а там и без них дел хватит. С лошадками у меня сегодня не вышло, но Борода на всех нарубил, вот и займется ими! – Асмаррах взлетел в седло и протянул руку, требуя у Кайласа его щит.

Охотник тяжело вздохнул и кивнул, отдавая снаряжение. Всадники с призывными криками ускакали вслед за остальными, а он, поворотив коня, вернулся в лагерь.

Дел было и правда много. Самирский гарнизон с наступлением холодов жил впроголодь. Нет, провиант из Ассубы привозили, но то задерживался караван, то в зерно в кувшинах было отсыревшим, не годным даже на корм скоту, то скотина настолько тощая, смотреть страшно. Выменять хоть что-то у местных пастухов было сложно. Вот они и придумали бить под врагом лошадей. Мясо жесткое, но все равно мясо. И даже хорошо, что степняки регулярно нападали, можно навялить впрок.