Крещение Новгорода. Часть III

Многие стали возмущаться, предлагали хоть сейчас поднять восстание, а Николу Северянина и вовсе чуть не побили.

- Не нужно, братья, - остановил их Никита, когда огромный кулак Сигвата был уже возле лица Николая, - мне и вправду пора уходить. Кто хочет, пусть идёт со мной, золото мы разделим по-честному.

Добровольцев оказалось немного, но среди них были Борис Шапкин, Василий Колчан, Сигват и Дьярви, и другие видные и именитые богатыри. Никита, как и обещал, поровну разделил с ними золото и стал готовиться в путь.

Внезапно дверь его дома открылась, и на пороге появился пленный колдун из клана Змея – Богдан. Всё это время он жил в Новгороде, в Людином конце. Колдун стал добровольным пленником Кожемяки, поскольку только защита головы позволяла ему оставаться в живых. Ради этого Богдан даже крестился в христианскую веру и принял имя Пафнутия. Теперь Пафнутий понял, что может лишиться защиты и стал проситься, чтобы уйти вместе с головой.

- Нет, со мной ты не пойдёшь, - отвечал Никита, - я и сам не знаю, куда пойду.

А с колдуном в компании меня точно прикончат где-нибудь.

- А если я покажу, где Богдан Многоликий, возьмёшь?

- Что? – замер на месте Никита, - что ты сказал?

- Богдан в Новгороде, я видел его, у него новое лицо.

- Веди меня! – прокричал Никита, схватив его за грудки.

- Обещай, что с собой возьмёшь.

- Обещаю, чёрт бы тебя побрал. Веди же!

И они почти бегом побежали в Славенский конец. Здесь на площади собралось немало народу, готовились праздновать крещение Христово.

Были и богатыри, и богатые купцы. Садко опять в своём богатом наряде, в соболях, Вольга верхом на коне. Было много и других достойных граждан.

- Вот он, - показал пальцем Пафнутий на одного из них.

- Не может быть, - схватился за меч Никита, - вот прохвост. Он что-то задумал. Но если я убью сейчас такого знатного человека, меня тоже убьют.

- Насчёт этого не беспокойся, - молвил Богдан, - как только сердце его остановиться, он примет свой истинный облик.

- А ты уверен, что это он? Хотя да, это он, теперь я и сам вижу. Богдан Многоликий. Вольга не разглядел его, а я разглядел. Ха.

Никите вспомнились слова боярина Константина, который утверждал, что Вольга уж точно распознал бы Многоликого.

- Убить его одним ударом, это будет очень непросто, - рассуждал вслух Никита, - а если раню, хоть и смертельно, то всё равно погибну.