Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

А большинство даймё лишь кичатся происхождением да деяниями предков хвастают. Сами же только скудоумием и сильны...

— Коли они так плохи, зачем же сёгун их терпит? Неужто мало достойных?

— Мало. И подняться наверх им не дают. Не только даймё, даже придворные в замке Эдо доносы пишут, друг на друга сёгуну жалуются. И вечно недовольны, сколько им не дай! Волчьи нравы… Если бы не санкин-котай, давно бы смута в стране началась… Одна надежда, что будущие поколения по-другому воспитаны будут. И богатства свои не на разврат и обжорство, а на службу стране направят!

— Кто же их этому научить сможет? Волка сколько ни учи, он траву щипать не станет…

— Люди не волки, Сабуро.

Мясо есть уже почти перестали. Перестанут и в остальном зверям уподобляться. Но об этом мы в другой раз поговорим. Прости, я увлёкся, давай лучше к делу перейдём…

И Годзаэмон рассказал мне о цели предстоящей поездки. Оказывается, ровно через месяц в храме Эриндзи состоится поминальная служба по великому полководцу Такэде Сингэну, что правил этими землями полтораста лет назад.

По такому случаю князь Янагисава решил сделать храму дорогой подарок. Да такой, чтоб и через века помнили! А что в память о знаменитом воине лучше всего подарить? Конечно же, меч! А лучше — два, точнее, пару. Издревле воины в Японии мечи парами носили. И нынче то же самое, хотя, как по мне, их нынешние клинки больше на сабли смахивают. Ну да сейчас не об этом...

Значит, носят мечи парами. И так же дарят. К большому мечу полагается малый. Называется такая пара словом дайсё.

С первой половиной всё просто — она у Его Милости уже имеется. Поистине редкий клинок, когда-то самому Сингэну принадлежал. В свете предстоящего события лучшего подношения храму и не придумаешь. Но вот незадача: князь никак ему пару подобрать не может. Нет в наличии короткого меча из дома Такэда! Было несколько на примете, у других даймё, но сколько ни предлагал за них Янагисава-доно, те ни в какую не соглашались. Не иначе, хотят, чтобы опозорился наш господин.

Потерял, как говорится, лицо!

Но не сдался князь Янагисава, нашёл-таки достойную пару драгоценному своему подарку. Старинной работы танто[10], без малого триста пятьдесят лет назад выкован. И владел им не только сам Сингэн, но и сын его![11] Хранится тот меч в храме Окуноин, что на священной горе Коя[12]. Янагисава-доно целый год с настоятелем переписку вёл, но своего добился! Уступят ему клинок. Чего это князю нашему стоило — неизвестно, но явно немало.