Круг Земной

- Я плавать не умею.

- Да ладно? – развеселилась Эирлис, и нырнула, сверкнув белым.

Что за настырная девица.

Он сидел, а она плавала влево-вправо, всё медленнее и медленнее. Перевернулась на спину, глянула на Родрика с выражением какой-то русалочьей мечтательности на лице.

- Красиво?

- Что – красиво? – Родрик даже опешил.

- Да так… я ж вижу, как ты на меня смотришь.

Родрик смешался. У баб одно на уме. В дочери ему годится, а всё туда же, заигрывает. Хотя нет, в дочери не годится, скорее – в младшие сёстры.

И, в общем-то – да, смотрит. Хороша девка, чудо как хороша. Глаз не оторвать. У него аж дыхание перехватывало. Как те болваны в Кадване могли её чураться, и думать при виде неё только о каких-то пришелицах, да о спасении души, у него в голове не укладывалось.

С трудом заставив себя отвести взгляд, Родрик решительно поднялся.

Нет. Ежели получится отсюда выбраться – да что там, точно получится, - и окажется, что Эирлис и правда герцогская наследница, неизвестно, с каким лицом она припомнит, как голышом перед ним плавала, а он на неё пялился.

А уж дотронуться – не дай то боги. Первородные хороши на расстоянии. 

- А ну, давай, вылазь. Идти пора, - бросил он.

Эирлис неспешно подплыла к берегу. Мокрые волосы облепили её лицо.

- Ты смешной, - заявила она. – Каждый волен поступать так, как он хочет, разве нет?

И, ничуть не смущаясь, принялась выбираться из воды.

Родрик отвернулся и решительно направился к костру. Ждать. 

Тропку они нашли быстро.

Эирлис пошла впереди. С интересом крутила головой и напевала что-то себе под нос. Платье и правда после вчерашнего было грязное и разодранное. Родрик мысленно фыркнул: на ней всё огнём горит.

Тропинка взобралась на невысокий холм, затем снова повела вниз. Несмотря на середину дня, здесь стоял полумрак: высокие деревья сплетались над головой, образуя тёмно-зелёный тоннель. Пару раз Родрик замечал шевеление в кустах, но, слава богам, это оказывались просто животные, которые спешили убраться с дороги: свинья с выводком поросят, и ещё какой-то крупный грызун.

Из переплетений ветвей слышался неумолчный птичий гомон.

Неожиданно из зелени вынырнула высокая скала, и дорога раздвоилась: левая пошла круто наверх, а правая, петляя – вниз. Как говорил тот болотник со странным именем, кажется, Акош: «У каменной гряды – направо». Родрик окликнул Эирлис и постоял немного, раздумывая. Болотный народ подождёт, решил он наконец.