Круг Земной

Ему уголь должны были привезти, рано утром, а ему не спалось, и поднялся он до того. На улицу выглянул, а там гроб плывёт, сам собой, а рядом – никого нет. У соседнего дома остановился, встал на попа, а потом заполз в открытое окно. И на пятнадцатый день все жильцы того дома обратились…

- Интересно, - пробормотал Родрик. – Это в монастыре дверца, что ли?

- Какая дверца?! Я тебе толкую: в окно заполз…

- Да нет. Я про того крестьянина, что телегу нашёл.

- А, ну, да. Я потом людей отрядил, но они ничего не нашли, ни телеги, ни двери.

Говорят, нет там никакого входа-выхода, и отродясь не было. Того виллана искали, но тоже пусто…

Титла пьяно кивнул и запел невпопад:

…через изгородь,

Через боярышник

В Бейлах в винный погреб…

- и тяжело уронил голову на руки. Родрику тоже было дурно: то ли эль действительно оказался такой хмельной, то ли усталость после минувшего дня давала о себе знать, но глаза слипались, а ноги сделались ватными. Он подозвал хозяина, указав ему на спящего уитана, с трудом встал и, сшибая все углы, побрёл наружу.

«Что-то действительно нехорошо». Надо проветриться.

Луна светила ярко, заливая мертвенным светом тела спящих во дворе вокруг угасающих костров солдат. «Тоже быстро их скосило», - подумал Родрик. Заприметив возле стены большую бочку с водой, он опёрся о её края руками, и целиком засунул внутрь голову. Вода была ледяной, но Родрик мужественно терпел, пока совсем не осталось воздуха. Отфыркиваясь, как лошадь, он направился в комнату к Эирлис. Последняя дверь направо, самая дальняя.

От воды стало значительно легче.

На столе догорала свеча. Девушка спала сном младенца, с розовыми щеками и чуть приоткрытым ртом. Родрик постоял с минуту, любуясь, потом тихонько улёгся на тюфяк у стены и закрыл глаза. 

*        *          *

Родрик проснулся от холода.

Сел на тюфяке, скрестив ноги и потирая себя руками. В комнате висела кромешная тьма. Он поднялся, наощупь добрался до окна. Снял крючок и распахнул ставни, едва не задохнувшись от порыва морозного ветра, ворвавшегося внутрь.

Эирлис на кровати свернулась калачиком. Родрик заботливо укрыл её дерюжным одеялом и вернулся к окну. Постоялый двор стоял на холме, и с этой стороны был очень высок: окно смотрело едва ли не на верхушки елей.

На небе по-прежнему висел мутный лунный диск, а в воздухе кружились мириады снежинок, отчётливо видимых на фоне тёмного леса. «Вил знает что», - растерянно подумал Родрик.