Круг Земной

Титла говорил, что на исходе одиннадцатый день, а значит, до той ведовщины, что в здешних краях творится, ещё дня три-четыре. Или… почтенный Сигерд, вроде, толковал, что зимы здесь разные бывают: какая короче, какая длиннее.

Снизу послышался скребущий звук, и Родрик осторожно высунулся наружу.

И тут же отпрянул. 

Не удержав равновесия, кубарем перелетел через Эирлис. Там, внизу, зацепившись за камни стены, сидело что-то глянцево-чёрное, с узенькими полосками ярко-синих глаз.

- Что… что? – забормотала Эирлис.

Она села на кровати, инстинктивно завернувшись в дерюгу. – Как холодно… уже зима?

- Тс-с, - зашипел Родрик.

Но было уже поздно. За край окна зацепилась трехпалая когтистая лапа, а следом показалась и морда. Родрик лихорадочно шарил вокруг руками, пытаясь найти хоть что-то, и не отводя взгляда от мерзкой твари. У неё была очень крупная голова с огромным лбом, сильно вытянутым затылком, с глазами раза в три больше человеческих. Чудище разверзло скошенные назад жуткие челюсти с сотней мелких острых треугольных зубов и зашипело.

Эирлис завизжала; Родрик, наконец-то нащупал что-то (это оказался глиняный кувшин, который он сшиб на пол во время падения) и с силой запустил его в отвратительную морду. Кувшин попал твари прямо в лоб и разлетелся на тысячу кусков. Монстр всхрапнул и рухнул вниз. Не мешкая, Родрик подскочил к окну, захлопнул ставни. Дрожащими руками накинул крючок и, не удовлетворившись этим, подпёр их табуретом.

Эирлис продолжала визжать. Родрик крепко обнял её, вжал её голову себе в плечо.

Мало-помалу девушка успокоилась. 

- Где мы? Что со мной было?

Родрик нервно погладил её по спине.

- Тихо. Потом. Сейчас всё хорошо, только дай мне разобраться. 

Снаружи слышались крики и звон стали. Немного подумав и мысленно посетовав на отсутствие оружия, Родрик подхватил табурет за ножку, взвесил в руке («ничего, сойдёт»), и снова осторожно приоткрыл ставни. 

Во дворе дома творилось безумие.

Резво перебираясь через частокол, мелькали чёрные тени, латники бестолково махали мечами, там и сям вспыхивали факелы, тускло отражаясь в лезвиях клинков, освещая перекошенные лица и раззявные пасти; всё это кричало, рычало, хлопало крыльями и предсмертно булькало.

Много, очень много солдат лежали на земле, как будто продолжали спать, с плащами и оружием под головами. Какая-то тварь с хвостом, похожая на ту, что Родрик видел в Кадване, вцепилась одному бедолаге в шею, вырвала кусок мяса и, подняв морду, жутко завыла.