Нундан Токкэби

Потому смертные собираются вокруг костров, желая навсегда остаться в объятьях дня-отца. Однако, могло показаться, что сейчас в окружении простора, оглушаемая серенадой моря, освещаемая только звёздами и отблесками городских огней Лида Ким чувствовала себя куда комфортней, чем при свете дня-отца или в тёплых лучах Нундана. Жалкий приёмыш ночи…

– Сегодня будет хороший улов... – подытожила женщина. Взгляд её мерцал не хуже искр над чернильными волнами.

Токкэби укрываются тьмой, как тёплым плащом, но Су Ён не понимал почему сегодня милый сердцу час нагонял тревогу, страх, точно за кустами прячется голодный медведь.

Вероятно, косатки через край взбудоражили своим визитом, наговорили всяких мрачных басней. Именно недалёкая рыбья чепуха роилась в голове подобно прожорливой мыши в отрубях. Он чувствовал себя беспомощным духом-малышом, за которым охотятся не только собратья-чародеи, но и шаманы, чтоб сплести из волос обереги, чтоб из костей сделать барабанные палочки, а из клокочущего вместо крови чугуна микстуру для прокаженных.

Ток Су Ён уже много столетий не мелкий призрак перевала. Теперь шаманы, если наберутся смелости сунуться, уйдут с переломанными ногами и вырванными языками. Теперь собратьям-чародеям придётся постараться, чтоб сварить из него жирненький комтхан. Но выдумки касаток не шли из головы.

– Кто-то появился в городе… Кто? – спрашивал Су Ён у ночи, у моря, у шелестящих сосен. – Тот, кого быть не должно, тот кто давно мёртв, тот кто нарушает законы и смертных, и бессмертных… Ни человек, ни дух, ни призрак, ни мертвец, а будто всё сразу… У него не рука и не две, а столько, что не сосчитать.

Он смотрит ни в один и ни в два глаза, а в столько, что не пересчитать. Настоящее чудовище. Чудовище? Кто это может быть? Эй, Имуги-Курильщик. Ты с чудовищами делишь одну кровь. Скажи мне, косатки ведь врут? Просто хотят, чтоб девчонка домой вернулась вот и выдумали басню про злого, рукастого, глазастого бродягу?

– Есть ли разница если платят жемчугом?

– Какая корыстная женщина… Совсем, как мой приятель Ким.

Ты человек, тебе должно быть жалко бедное чудище. Мы идём разбивать ей сердце, как последние злодеи. Неужели тебя совесть не мучает?

Лида Ким невольно задумалась, лицо её растеряло былое выражение, став непривычно оторопевшим. Впрочем, выражение это исчезло так же скоро, как и появилось. Женщина указала рукой в сторону костров:

– Ступайте, господин Ток Су Ён. Ступайте к рыбакам и узнайте всё о невезучем женишке.